Линда Кантелло не появляется на вечеринках и не дает интервью так часто, как Питер Филипс или Пэт Макграт. Про нее сложно найти хоть какую-то информацию, кроме того, что она окончила Harrow Art School (с удивлением обнаружила сегодня, что это нынешний кампус University of Westminster, где я только на прошлой неделе была в библиотеке) и поехала в Рим, где как раз ходила с чемоданом косметики и притворялась визажистом с опытом. Потом вместе со своим другом, стилистом Сэмом Макнайтом уехала в Нью-Йорк , где у нее была съемка с Ирвином Пенном для американского Vogue. В 1982 году, когда моя мама была еще школьницей, Линда, работая на показе Тома Форда, впервые в истории сделала макияж smokey eyes. И начался расцвет ее карьеры.

Я очень люблю смотреть те редкие интервью с ней, которые выходят во время недели моды, где она рассказывает, как создавала тот или иной образ. Мне нравится то, что любое интервью о коллекции она начинает с того, какая задача была перед ней поставлена, и как она ее решила. Она никогда не делает макияж, у которого нет подтекста, поэтому в ее работах нет ни одной лишней детали. Я начала следить за ее работой после того, как увидела макияж с показа Армани 2010 года (последняя фотография в подборке).

Она часто использует тяжелые цвета, но при этом в ее макияжах нет театральности и чрезмерной аккуратности, что в последнее время стало тенденцией среди визажистов. Массивные стрелки, плотные темные тени и при этом кожа, не перегруженная коррекцией и румянами. Чаще всего она делает макияжи, которыми хочется просто любоваться, как предметом искусства, но они не имеют ничего общего с жизнью – и мне очень нравится такой подход. При этом ее приспособленные для жизни макияжи, например, для промо Armani, нравятся мне еще сильнее. В них есть что-то очень притягательное, потому что они простые на первый взгляд, но с таким количеством нюансов, что повторить их непросто. Она признана лучшим визажистом по работе с хайлайтерами и коррекцией, это видно в каждой ее работе.





Загрузить еще