Статья из журнала Hair's How #151( май 2011)

Вы можете пролистать наши журналы в онлайн-режиме или скачать их в формате .pdf совершенно бесплатно на нашем официальном сайте

Купить наши издания, а также подписаться на журнал, вы можете в нашем магазине

 

У Александра Дюма капитан королевских мушкетёров, граф де Тревиль — умудрённый опытом, добродушный пожилой вояка, постоянно пытающийся уберечь своих подопечных. Жаки Баршэ считает своими подопечными не только технологов и парикмахеров, но и все волосы на свете.


Жаки, нам довольно часто удаётся побеседовать с известными стилистами, а вот главные технологи компаний ведут себя как затворники, их очень непросто выманить из лабораторий! Вы — исключение?

Скажем так, я не ортодоксальный учёный, и работа в лаборатории началась для меня не так давно и не совсем обычно. А начинал я как стилист, и даже весьма успешный.

Расскажете?

Расскажу, но без подробностей — давно дело было. Парикмахерская профессия — моё призвание с 1965 года. Закончив школу, я думал, что стану педиатром, потому что поступил учиться на медицинский факультет, но обстоятельства сложились так, что в университете мне доучиться не довелось. Возможно, сама судьба отвела меня в сторону парикмахерского искусства. Учился я в Париже, я вообще парижанин. И вот лучший друг моей мамы, известный итальянский стилист, предложил — давай я научу твоего сына этому искусству. Я нуждался в работе, а потому согласился. В то время он был арт-директором Haute Coiffure Franсsaise. Велко Тониццо научил меня основам работы, и... мы сразу же начали ездить по разным парикмахерским чемпионатам. Поверьте, там я получил настоящее боевое крещение в соперничестве с коллегами! Когда я стал лауреатом конкурса по парикмахерскому искусству Франции, меня включили в сборную команду страны для участия в международном конкурсе. Мы поехали в Штутгарт — и выиграли этот чемпионат! И после этого я открыл свой салон в районе Сен-Жермен.

М-да, у нас говорят: «скоро сказка сказывается»... Я знаю, что вы несколько десятилетий проработали технологом L'Oreal. Как всё-таки добрались до лабораторной работы?

Вот в этот мой салон пришли представители L'Oreal, чтобы познакомиться поближе и предложить сотрудничество. Сначала я просто работал в своём салоне и с L'Oreal сотрудничал как фрилансер, что ли. А потом они предложили мне заняться обучением стилистов по всему миру. Первая моя серьёзная поездка в качестве тренера была в Японию.

Не жалко было свой салон оставлять?

Конечно, жалко! И не просто эмоционально, но и заработать в своём салоне я мог гораздо больше. Но меня покорила авантюрная сторона: постоянные путешествия, смена впечатлений и окружения. К тому же я был такой ещё молодой, а L'Oreal — огромная компания, с прекрасным центральным офисом на улице Сент-Оноре, в таком шикарном районе города, с такими элегантными сотрудниками! Мне тут же захотелось стать участником всего этого великолепия. В общем, я согласился.

Как считаете, не прогадали?

Послушайте, L'Oreal - компания, через которую прошли самые известные стилисты мира, и там я, конечно, узнал весь парик­махерский бомонд изнутри. Энтони Масколо, Александр де Пари, Альдо Коппола, представляете, я чувствовал себя с ними на равных! Тогда ведь не было франшиз, таких как Франк Прово, Жак Дессанж, Луис Лонгерас, и школ у них не было тогда. Так что всё лучшее концентрировалось под одной крышей, в единственной компании, которая обучала, делала презентации, показывала шоу, создавала коллекции. И уж конечно, мне было очень интересно в этом участвовать. Мы тогда все были всем, универсалами, новаторами, горячими парнями)))!

Универсалами, стилистами — понимаю, но ведь это всё равно не работа химика, которой вы сейчас занимаетесь.

А у меня интересная профессиональная биография. Сначала я работал как тренер «артистик»-обучения. Несколько лет жил в Йоханнесбурге, ЮАР, открывал там школу, был арт-директором, мы обучали технологиям, колористике и всему-всему. В ЮАР я работал три или четыре года, школа получилась замечательная, а потом меня отозвали. Я вернулся в Париж, где уже возглавил центральную школу подготовки парикмахеров L'Oreal. В это время компания задумалась о технологическом обучении парикмахеров, и я как раз занимался разработкой программ обучения по этому направлению. Стали изучать волос, как он живёт, чем он живёт, чем его «брать», чем красить и чем украсить.

Подозреваю, что вот тут как раз и пригодилось биологическое, медицинское образование?

В моём случае это был первый раз, когда человек, который не имеет законченного биологического, химического, физического или медицинского образования, был допущен до лабораторных разработок для того, чтобы соединить технологии с практикой обучения продукции, с салонами. Семь лет я активно проработал в лаборатории L'Oreal, а оттуда меня направили в Венесуэлу и Колумбию. Работа в компании всегда была интенсивная и напряжённая, и в 2000 году я решил уйти, просто потому что устал. Купил дом на острове Маргарита в Венесуэле и стал себе жить в своё удовольствие. Только представьте: океан, закаты, танцы и пинаколада!

Сказочная жизнь! И почему вы здесь?!

Только я как следует расслабился, как, к моему «большому сожалению», ко мне наведался мой давний друг — Марио Пулизи, основатель компании Rica. Он приехал ко мне на остров и стал зазывать в свои края.

Чем же он вас соблазнил? Как вас удалось уговорить покинуть рай на Маргарите?

Ничем и никак. Меня не пришлось уговаривать. Марио просто рассказал мне о проекте и, несмотря на то что я был уже, можно сказать, на пенсии и любовался океаном... любовь к парикмахерскому искусству и к волосам пересилила. Rica мне позволила воплотить всё, чему я научился за свою жизнь... Теперь ColoRica — это моё детище.

Получается, вы стояли у истоков формул.

Да. Моя роль в компании Rica, в разработке её продукции, прямо скажем, не второстепенная. Тогда, в начале 2000-х, когда мы с Марио стали разрабатывать линию ColoRica, мы долго и серьёзно обсуждали, что нужно создать, чтобы стать кем-то значимым и заметным на рынке. Конечно, я прекрасно знал, из чего состоят формулы L'Oreal, Wella, Schwarzkopf, и, на мой взгляд, нужно было сделать формулу как можно натуральнее, включить как можно больше ухаживающих ингредиентов в состав краски. О продуктах органик и био тогда речь ещё не шла, но я-то понимал, что необходимо создать как можно более натуральный продукт.

Жаки, а скажите, почему это все без исключения производители краски утверждают, что у них — очень натуральный продукт?

Я разделяю всех производителей и все продукты, которые есть сейчас на рынке, на серьёзные и на те, в которых соотношение цена-качество явно не в балансе. В последних больше пиара и маркетинга, чем истинного содержания. Краски класса А и Б (премиум- и профи-класса) используют в своём составе красители 3D, трёхмерные, у этих пигментов формула выглядит как рогатка разветвлённая. Вообще, профессиональная краска как продукт родилась в 1907 году. Естественно, с 1907 года пигменты эволюционировали. Но сегодня на рынке ещё есть продукция, в которой используются красители (пигменты) старого поколения, они имеют линейную формулу. Конечно, основные косметические бренды такие пигменты давно уже сняли с производства. Когда кутикула открывается, пигменты с линейной формулой легко вымываются. А пигменты 3D не портят структуру и дольше держатся внутри волоса. Но даже и в профессиональной краске действительно крупных брендов содержится мало ухаживающих, косметических элементов. Как правило — катионовый полимер и керамид. В составе ColoRica — 8 натуральных ингредиентов, и это моя заслуга. А вся формула любой краски состоит в среднем из 23–30 составляющих: вода, пигменты, консерванты, антиоксиданты и т.д.

И что, вот эти 8 компонентов «делают всю погоду» в вашей косметике?

Наша компания находится на Сицилии у подножия вулкана Этна. И продукция для волос в своём составе содержит вулканическую воду, а не дистилированную. Краска и уход, да почти любая косметика на 70% состоят из воды. Вулканическая вода содержит много минеральных солей, правда, не все они подходят, например, для краски, потому что могут окислять во время химического процесса. Те минеральные соли, которые мы оставляем после тщательной селекции, защищают волос. Как вы знаете, волос состоит из сульфидных мостиков, их три типа. Один тип можно изменить, только применяя химическое выпрямление или химическую завивку, так меняется форма волоса. Два других меняют свою форму под воздействием воды, а потом возвращаются в свою первоначальную стадию. Обычная вода из крана содержит в своём составе хлор, да и ещё немало компонентов, которые не очень хороши для волос. Вода из крана зависит от муниципальных властей — какую воду нам дают, той мы и пользуемся, — но уход-то мы легко можем выбрать и сами. Возвращаясь к сульфидным мостикам: те, что зависят от воды, в нечистой воде просто ломаются. Так что наша идея вот в чём: мы не только используем ухаживающие компоненты в составе продукции, но и не используем те, которые могут как-то повредить.

А что для производителя краски самое главное? Придать устойчивый цвет, сохранить волосы?

На мой взгляд, для того чтобы понять, что самое главное в продукте, и для того чтобы продукт на волосах был таким прекрасным, как его презентуют, парикмахерам необходимо прежде всего, прежде, чем начать работать с продуктом, определить — с чем мы имеем дело. Каков статус волос? Только в этом случае любой продукт будет хорошо действовать. Парикмахер не должен кидаться на клиента и срочно начинать работу. Первым делом нужно сделать диагностику. Это очень важный момент! К сожалению, в реальной жизни слишком часто он не соб­людается и не используется. Самая большая проблема, и это не в России, это во всём мире и испокон веков, — то, что большинство парикмахеров, я даже думаю процентов 80, не знакомы с той материей, с которой они работают. Не знают волос.

Это ужасно.

Я просто уверен, что если бы они знали, с чем они имеют дело, если бы они знали волосы — состав, механизм роста и развития и т.д. и т.д., они бы не относились так варварски к тому, с чем они работают! Нам кажется, что волосы — это такая простая материя, которой к тому же можно пренебречь — отрезал, а они выросли, — но на самом-то деле в развитии, росте и сос­тоянии волос задействован настолько сложный механизм, что это просто потрясающе! Это космос! Как можно столь безжалостно относится к такому удивительному творению, как волосы? Только от невежества. Если бы у меня была своя студия или своя школа, то в первую очередь, как ввод в обучение, я бы сделал блок «что такое волос», и только после этого — стрижки, колористика, всё что угодно.

А вот что обязан знать о волосах парик­махер как минимум?

Ооу! Минимума не существует. Нужно знать волосы. Честно говоря, реально волос начали изучать всего лет 20 назад, до того и продукты, и их влияние на волос изучали на крысах. Согласитесь, не одно и тоже. Но сегодня-то уже есть, можно сказать, полная информация о волосе: начиная от зарождения до выпадения. Ещё работая в L'Oreal, мы создали отличную методическую базу: фильмы, диапозитивы, DVD для того, чтобы просто и понятно объяснить парикмахеру эту сложную науку — химию и биологию. Я лично занимался разработкой книжки «Путешествие внутрь волоса» — в L'Oreal она называется «Метаморфоз», но не знаю, как её распространяли. И сейчас в Rica я создал техническое досье, половина которого посвящена вовсе не краске, а волосу.

А они разные, волосы? В Венесуэле, Китае и во Франции, например?

К сожалению, у парикмахеров есть очень много сложившихся мифов, в которые они верят. И это одна из неправильных идей о волосах. Разница только одна: в северной Европе или в России волосы могут быть более тонкими, а в южной Европе более жёсткие и плотные, но структура не меняется нигде. Африканский или европейский — это всё равно волос. Миф родился из-за того, что парикмахерские школы обучают чему могут, а педагоги и сами не очень компетентны, и «разница в волосах» — это объяснение, отчего не получается с ними работать. Так, прикрытие недос­татка в обучении.

Жаки, положа руку на сердце, скажите, а вот можно создать действительно на 100 процентов натуральную краску для волос?

Ха, да посмотрите в прошлое: во времена итальянского Возрождения или королевы Елизаветы в Англии все красители были натуральными. В природе существует очень много ингредиентов, из которых можно создать краску: цветы, минералы. Окрасить натурально можно, но сегодня же все пытаются продлить время, которое привнесённый пигмент проводит в волосах. Натуральное окрашивание продержится от 5 до 7 смывов. Но я уверен, в будущем кто-нибудь выдумает формулы стойких натуральных красителей. Для меня это — будущее химии для волос.

С высоты своего уникального опыта, что бы вы могли посоветовать нашим читателям?

Если я и могу что-то посоветовать читалям вашего журнала, то самое главное, самое первое: научитесь читать ингредиенты на этикетках, разбираться в составе продуктов для волос, для лица, для еды, в конце концов)))...

Какие главные принципы вашей личной философии?

Страстная любовь в делу, это в любой профессии так должно быть. Мне повезло: моя работа позволила встретить очень много разных людей за всю мою жизнь. Разного возраста, вероисповедания, рас, национальностей, все они понимали меня очень хорошо. Я понял, что мир одинаков везде. И чтобы не забыть! Я видел самых красивых женщин мира и работал с ними: Шэрон Стоун, Эль Макферсон!

Жаки, какая ваша заветная мечта?

Вернуться на мой пляж! А в работе — наконец-то, под старость лет, увидеть, что уровень мастерства парикмахеров в салонах поднялся. Не на артистическом уровне, в этой области как раз всё в порядке, а вот на технологическом, познавательном. Как бы мне не было жалко, что я ухожу на второй план, но сейчас моя работа позволяет передавать молодым мои знания на тренингах. Я всё ещё жив и всё ещё рассказываю о волосах!





Загрузить еще