Не человек - а золотой рубль: нравится всем. И неудивительно, ведьМарио Тестино умеет подсматривать чужие мечты. Магия одного из самых востребованных фотографов планеты заключается в том, что каждый видит себя на его снимках таким, каким бы хотел себя видеть. В этом, пожалуй, главное чудо его мастерства, на фоне которого невероятный коммерческий успех кажется чем-то само собой разумеющимся.

1954 Марио Тестино родился в большой семье, в Лиме, столице Перу. Свою карьеру он до сих пор считает естественным продолжением жизни на родине. «Я появился на свет в невероятной далекой от Европы стране, в империи инков, покоренной конкистадорами. Я - плод разных культур. Мой отец по происхождению итальянец, мать - ирландка и испанка, я сам учился в американской католической школе. Тут намешана тысяча вещей! Я никогда не мечтал родиться где-нибудь еще».

Отец Марио, занятый в нефтяном бизнесе, нередко берет сына в командировки в Нью-Йорк в качестве переводчика. Именно там мальчик впервые проявляет интерес к моде, нередко шокируя соотечественников модными обновками из столицы мира.

1976 Тестино уверяет, что именно отец подтолкнул его к фотографии, предоставив полную свободу выбора профессии. Марио успевает поучиться в пяти университетах в Перу, США и Англии. Экономика, юриспруденция и международные отношения - все заброшено, все скучно. В конце концов, молодой перуанец переезжает в Лондон и устраивается ассистентом к театральному фотографу. Особых талантов в рисунке и дизайне Тестино не выказывает, но работа с объективом и освещением помогает ему быть ближе к любимой моде. Он снимает помещение в заброшенном госпитале у Трафальгарской площади и за 25 фунтов предлагает начинающим моделям портфолио (в цену входит макияж и прическа). Чтобы купить оборудование, Марио приходится взять в банке кредит - лишних средств у него нет, и фотограф подрабатывает официантом, на досуге снимая собственных коллег. По собственному признанию, общение с клиентами подарили ему обширные знания человеческой психологии.

1980-е Путь к большому успеху оказался не из коротких. Тестино воспринимают как смешливого парня из экзотической страны - забавного, но не гениального. «Я старался подражать английским фотографам; меня гипнотизировал их стиль культура в целом. Но получалось не очень, потому что я имитировал чужой почерк. Свой собственный мне удалось нащупать только в конце 80-х, когда я стал сотрудничать с Карин Ройтфельд (главный редактор французского Vogue - прим. Vogue.com)».

Начало 1990-х Тестино все чаще снимает для ведущих модных журналов Нью-Йорка, Милана, Парижа - больше всего для Vogue. Мастера ценят за профессионализм, чуткость к модному бизнесу и легкий нрав. Тестино постоянно повторяет, что для него главное - чтобы людям на съемках было хорошо. Но, кроме шуток, перуанец властно диктует тенденции. Это его стараниями на смену «убермоделям» Линде Евангелисте и Наоми Кэмпбелл приходят Кейт Мосс и Стела Теннант, это он культивирует эстетику гранжа и героинового шика, именно Тестино открыл миру Жизель Бундхен,которая по сей день остается самой высокооплачиваемой моделью. К ней вполне могут относиться слова фотографа: «Женщина на моих снимках родом из воспоминаний о Бразилии, куда я в юности ездил каждое лето. Это независимая девушка, похожая на мою старшую сестру Елену. Она любит развлекаться - скорее сама подойдет к парню, чем будет ждать, пока подойдут к ней. Она может потерять по дороге на вечеринку платье, но будет выглядеть умопомрачительно».

1995 Квантовый скачок случается, когда Тестино открывает для себя мир рекламной съемки. Первой знаменитостью, которая сама попросила, чтобы ее снимал перуанец, стала Мадонна. Для рекламы Versace планировали ангажировать Ричарда Аведона, но что-то не сложилось, и певица потребовала привлечь фотографа, чьи работы в можном журнале пришлись ей по нрав. Джанни Версаче соглашается с тем, что у парня «редкий талант снимать вещи в лучше виде». Довольный результатом дизайнер лично извещает Vogue и Vanity Fair, что «Versace представляет фотографии Maдонны от Тестино». На вопрос, не слишком ли это претенциозно - упоминать не обремененного славой фотографа, Джанни отвечает: «Слишком. Но это мое решение». О большей удаче не приходится и мечтать.

На следующий год Том Форд заказывает Тестино рекламную кампанию для Gucci. После нее прибыль Дома взлетает с $500 миллионов до $880. «Я верю, что я не просто фотограф. Мне нравится смешивать искусство и коммерцию. Чертовски приятно, конечно, что твои снимки могут купить как произведения искусства, но наша цель в первую очередь - продавать одежду, журналы, все, что прикажут. Меня иногда упрекают, что я добиваюсь результата максимальными вложениями - нанимая команду самых дорогих профессионалов. Но я фотограф моды, а не художник, который работает в студии один». Впрочем, эти стратегические нюансы играли бы скромную роль, если бы Тестино не понимал, как никто другой, как именно хочет выглядеть женщина. Он искренне восторгается ею и добивается максимального доверия. «Я даю модели почувствовать, что не стану приносить ее красоту в жертву концепции. Я фотографирую женщин счастливыми - так они выглядят прекраснее всего». Разумеется, искреннее счастье требует специального микроклимата. «Если надо, он будет петь, - замечает Анна Винтур. - Или танцевать. Он будет флиртовать с кем угодно - с мужчиной или женщиной». «У него каждая съемка - словно первый день на работе. Он все делает с удовольствием», - признается Сигурни Уивер, еще одна клиентка Тестино. Результаты говорят сами за себя: Кейт Мосс не скрывает, что объективу перуанца принадлежат ее лучшие снимки, а Гвинет Пэлтроу говорит, что Марио сделал любимые фотографии ее отца.

1997 В том же духе Тестино действовал, когда Vanity Fair заказал ему съемку принцессы Дианы. «Сначала я хотел снять ее в тиаре. Но потом подумал - я что, хочу сделать очередную съемку королевской особы или показать ее такой, какая она есть на самом деле? Поэтому я решил обойтись без украшений и всего прочего... У меня была софа. Она села на нее как принцесса - колени вместе, положила на них руки. Я сказал тогда: «О, боже, сядьте нормально! Я обычно делаю так» - и расслабленно упал на софу. Так у нас завязался контакт». Тестино не подозревал, что после скорой смерти Дианы его назовут ее любимым фотографом, а запечатленный им образ станет каноническим. Фактически он стал придворным художником: его приглашали снимать Гарри и Уильяма, сыновей Дианы, на их 21-летие. Экспозицию памяти принцессы в 2007 году в Кенсингтонский дворец, где были выставлены работы Тестино, посетили четверть миллиона человек. Немногим меньше пришли на большую ретроспективную выставку мастера в 2002 году: такого наплыва посетителей Лондонская национальная портретная галерея еще никогда не видела.

2009 На счету Тестино - рекламные кампании ведущих марок планеты в диапазоне от Dolce & Gabbana до Burberry (фотограф постоянно сотрудничает с Домом с 1998 года), съемки едва ли не всех супермоделей планеты, множества актрис и певиц, несколько альбомов и статус столпа «люксового реализма» - жанра глянцевого, радостного, умеренно провокативного. Однако на покой перуанец уходить не намерен - ссылается на экономический климат. «У меня тоже есть кредиты, по которым приходится платить. Не исключено, что деньги кончатся даже у меня. Их никогда не бывает достаточно. Мне 54, и я люблю тратить. Тратить на проекты. Не думаю, что когда-нибудь выйду на пенсию». Что тут сказать, слава кризису!





Загрузить еще