Статья из журнала Hair's How #94 ( сентябрь 2005 )

Вы можете пролистать наши журналы в онлайн-режиме или скачать их в формате .pdf совершенно бесплатно на нашем официальном сайте

Купить наши издания, а также подписаться на журнал, вы можете в нашем магазине

 

«Он был старше ее, она была хороша…» — знакомая мелодраматическая завязка к истории Двоих. Короткая справка, предлагаемые обстоятельства, исходя из которых эти двое будут создавать свою историю любви. А дальше от героев будет зависеть, насколько эта история станет интересной и как долго продлится, пока в нее не вмешается Судьба, чьи пути неисповедимы.


История Натальи и Михаила — это история людей, открывавших друг друга всю совместную жизнь, которая была им отпущена. Когда они женились, доброхоты говорили: «Зачем он тебе? От него толку будет — десять лет максимум!» «Ну и пусть! — улыбалась она. — Хоть десять, да мои!» Тогда она не представляла, насколько окажется права. Она вообще была права, потому что была умна, талантлива и любила. А он и сейчас живет любовью к ней.

Когда они познакомились в студии кинолюбителей, где он преподавал, Наташе было шестнадцать, Михаилу — под сорок. Их роман развивался постепенно и осторожно, как первые неуверенные вопросы друг другу двух собеседников, предчувствующих, что впереди долгий увлекательный диалог… Они еще ничего не знают наверняка, но на такую пару все обращают внимание, где бы она ни встретилась, — слишком высока плотность воздуха между ними, слишком искрит поле. А уж если это мужчина и женщина с такой разницей в возрасте… Но смешливая, самостоятельная, компанейская, Наташа совсем не напоминала Лолиту. А независимый, увлеченный профессией, женатый на тот момент Михаил никак не вязался с образом неврастеничного соблазнителя. Была лишь одна деталь: рано потеряв мать и отдалившись от отца и брата, на пороге вступления во взрослую жизнь Наташа оказалась совсем одна. И это послужило первым испытанием серьезности их отношений. Михаил определил девушку на рабфак Института геодезии и картографии, причем, зная ее пытливую натуру, на самый сложный факультет. Благодаря ему она знала: чтобы быть вместе, люди должны быть интересны друг другу.

Однако Натальиного рвения к науке хватило на полгода. Учебу она забросила, чего не скажешь о студенческой жизни с ее весельем и беззаботностью. Михаил был разочарован. Девушка, порхающая по жизни как мотылек, не могла стать героиней его романа.

Он потихоньку стал искать пути к отступлению, дав предварительно девчонке в руки профессию, с которой она всегда сможет самостоятельно заработать себе на жизнь.

А тут и случай подвернулся. Михаил как раз делал материал про парикмахеров. Рассказал про Наталью Сергею Родину, уже знаменитому тогда мастеру, и тот ответил: что ж, приводи свою протеже, поставим ее к креслу, пусть учится. Так Наташа Волдовская в восемнадцать лет стала ученицей парикмахера. Ее общительный характер и легкая рука во всем, что делает, пришлись здесь как нельзя кстати. До такой степени, что, когда в парикмахерскую пришла разнарядка на участие в очередном районном конкурсе, решили послать Наташу. Пусть, дескать, представляет молодежь. И та представила, да настолько успешно, что в следующий раз ее уже выдвинули на городские соревнования. С этого момента строгий и требовательный Родин воспринял Волдовскую как свою ученицу. И, как ни странно, вместо ожидаемого расставания их отношения с Михаилом прошли вторую проверку на прочность.

Через три года после того, как она впервые взяла в руки ножницы, на первом же своем городском конкурсе Наташа вошла в десятку лучших. В то время это означало, что даже без специального образования она имеет право сдавать экзамен на звание «мастер первого класса». Это была не просто приобретенная профессия, а настоящий успех. Легкомысленная девчонка оказалась талантливым и перспективным мастером. К тому моменту в результате семейного размена Наташа получила однокомнатную квартирку в Северном Тушино. И сама сделала первый шаг, пригласив любимого мужчину разделить с ней жизнь.

«Мог ли я ожидать, — вспоминает Михаил, — что эта девочка откроет для меня мир, ставший моим на долгие годы? Что она сама станет для меня миром… Вы когда-нибудь наблюдали за работой настоящего мастера? Как он руками “разговаривает” с волосами, как вступает с человеком в особый контакт, как начинает творить… Спрашивать его, что он сейчас собирается делать, бессмысленно — он вам не сможет объяснить. Попробуйте спросить то же самое у художника! Причем в итоге человек должен выглядеть не как модель самовыражения мастера, а так, будто столь прекрасным его задумала природа. Когда смотришь на человека и тебе нравится его прическа, но не приходит в голову, что это результат чьей-то работы, когда мастер растворяется в своем клиенте — вот тогда это правильно. Наташа была настоящим художником, способным раскрыть человека для самого себя».

После первой удачи на конкурсе Михаилу удалось устроить Наталью в легендарную «Чародейку». Это был высший тогда уровень, о котором вчерашняя молоденькая ученица могла только мечтать. Но высокий уровень предполагает и серьезную самоотдачу. Устроиться — полдела, а ты попробуй удержись! И здесь, хотя и было трудно, Наташе помогал ее дар общения. Профессионалам не надо объяснять, насколько важно для парикмахера умение находить общий язык с клиентом. Работая с людьми, среди которых есть ой какие требовательные, мало работать безукоризненно — надо иметь вкус, уметь понравиться, быть хорошим психологом, надо, наконец, чтобы тебя приняли в коллективе… Наталью не просто приняли — ее признали. Уже работая в «Чародейке», она несколько раз становилась чемпионкой Москвы. «Наташа по-настоящему любила людей, — говорит Михаил. — От нее просто исходили доброта и любовь. При этом у нее была масса других способностей, и казалось, что все ей дается очень легко и она добьется успеха во всем, за что бы ни взялась».

Конкурсы, показы, преподавание на курсах повышения квалификации — поток событий и людей, тяжелого труда и безудержного веселья, казавшийся бесконечным, как молодость… Они повсюду ездили вместе. И не потому, что строгий муж контролировал свою привлекательную и кокетливую молодую жену. А потому что они были — пара, в которой один нужен другому так же, как нужно одному другое крыло...

Вместе они поехали добывать победу и на Всесоюзный конкурс, проводившийся в Минске в 1986 году. Дело было сразу после Чернобыльской аварии. И это ознаменовало собой время, когда по всей стране, обдуваемый перестроечным ветром, пошел процесс разрушения старого «до основанья, а затем…». Вот и в «Чародейке» назрели преобразования, запустившие цепную реакцию интриг и борьбы за место под солнцем. Когда предприятие стало акционерным и встал вопрос, кто же будет его хозяином, Наталья с ее обостренным чувством справедливости горой встала на защиту коллектива.

С талантливым человеком чиновнику всегда трудно. Такой человек — максималист, живущий в соответствии со своими идеалами и не имеющий иного судьи, кроме совести. С ним нельзя сговориться, причесать под одну гребенку и заставить плясать под свою дудку. Трудно быть талантливым человеком с обостренным чувством справедливости.

Ведь это значит — переживать за других, тратиться и руководствоваться лишь собственной совестью, которая звучит как камертон и никогда не даст покоя. И когда такой человек идет на конфликт с начальством, он либо получает поддержку коллектива, либо вокруг него потихоньку начинает образовываться пустота. И оказывается, что сражаться с ветряными мельницами, в общем-то, не за что. Коллектива как такового нет. «Я тогда не понимал, зачем она так печется о других, — размышляет Михаил, — и только потом понял. Человека определяет не время, не материальные условия и не то, чем он занимается. Главное — это масштаб его личности».

Те же люди, за которых Наталья так радела, ее не поддержали. К моменту приватизации дирекция перевела ее из «Чародейки» преподавателем на комбинат по подготовке парикмахеров-модельеров. Оттуда ее пригласили в лабораторию парикмахерского искусства, где готовили сборную страны под руководством Долорес Кондрашовой. В основном составе сборной Наталья Волдовская должна была представлять Россию на международном конкурсе. Но, проработав в лаборатории какое-то время, она неожиданно и без объяснения причин уволилась. Долорес, хоть и отпустила ее, была в недоумении: какая может быть уважительная причина, когда от тебя уходит сотрудник, на которого ты рассчитывал?

Но причина оказалась более чем серьезной. Приговор, в который не верили даже врачи. Ни все время, пока шли утомительные обследования, ни когда она поняла, что в ней семь лет с той злополучной радиоактивной поездки жил смертельный диагноз, она никому ничего не говорила. Она вообще никогда не обременяла людей. И только муж догадывался о том, что с ней происходит, замечая нездешнюю мудрость и печаль в глубине ее всегда таких смешливых глаз. И они сражались… На их стороне была любовь, оптимизм и неиссякаемое Наташино жизнелюбие. Они сражались не против, а за. В больнице, где ей сделали неудачную операцию, она продолжала со всеми шутить, всех подбадривать, всех стричь… Наташина рука не переставала быть легкой. Михаил до сих пор хранит рыбку, которую она сделала, очнувшись от наркоза, из использованных шнуров собственной капельницы.

В последние полгода все, кто привык стричься у Наташи, приезжали к ней домой, в однокомнатную квартиру в Северном Тушино. Она сохранила своих клиентов еще со времен «Чародейки». Несмотря на то что после операции на щитовидной железе ей повредили лицевой нерв, в результате чего деформировалась левая сторона лица, у нее опухали руки и она быстро уставала, Наташа оставалась такой же радушной, веселой и всегда готовой помочь. То, что не она нуждалась в людях, а люди нуждались в ней, стало тогда особенно очевидно. Сгорая сам, источник света обогревал и освещал других.

…Тот день мая выдался очень холодным. Когда одна молодая певица позвонила Наташе, чтобы предупредить о визите, та сказала, что не сможет ее принять. Певица, привыкшая к бескорыстию и безотказности своего мастера, удивленно спросила: «В чем дело? Может, тебе денег дать?» «Я умираю», — ответила Наташа.

Это были и ее последние слова, которые она спокойно сказала мужу… Место, где предстояло проститься с Наташей, оказалось запружено народом. Своих учеников привезла и Долорес Кондра-шова, которая, получив страшное известие, мгновенно поняла, с каким человеком имела дело. Несмотря на холод, толпа не расходилась несколько часов, оплакивая ту, которая всю свою недолгую, но яркую жизнь согревала их теплом своего сердца. И каждый, кому посчастливилось с ней общаться, оплакивал потерю Человека…

Когда судьба дарит человеку любовь как талант и талант как поручение, что остается после него? И если жизнь человека трагически обрывается, значит ли это, что его судьба исполнилась? У каждого, кто теряет вторую половину, впереди есть собственный срок, чтобы ответить на этот вопрос. И что остается в утешение тому, чья любовь и преданность бессильны, когда на сцене появляется Рок и обрывает все одним ударом гонга? Оставшись по эту сторону занавеса от того, кто уходит навсегда, он никогда не будет прежним, но станет хранителем памяти. И во имя ее он обещает неустанно и ежедневно увеличивать в мире количество добра. Теперь он знает, что только это имеет значение, и стать Человеком — главная цель пути. Отношение к жизни видится живущему только в этом масштабе. И когда цепкие пальцы земной любви разжимаются под суровой десницей смерти, она оставляет любви Вечность. Уж что-что, а это любящих не страшит.





Загрузить еще