В каком возрасте вы начали экспериментировать с макияжем и на ком тренировались?
- Если копнуть очень глубоко, то, наверное, все началось еще в детстве. Как бы банально это ни звучало. Нельзя сказать, что с ранних лет я делала макияжи, но я беспрерывно рисовала. Карандаши, краски, кисти - изобразительное искусство в целом мне очень близко. А поскольку я считаю макияж разновидностью изобразительного искусства, можно сказать, что увлекаюсь им с детства.
- Как получилось, что советский ребенок, не знавший слова «визажист», сделал это своей профессией?
- Естественно, как и у всех девочек, на половине моих рисунков были изображены красивые женщины в красивых нарядах. Я мечтала стать конструктором, модельером, человеком, связанным с одеждой. Наверное, мне была бы ближе профессия дизайнера, но когда пришло время поступать в институт, на семейном совете решили, что просто дизайнер - это непрактично и не принесет никакой пользы в будущем. Другое дело - шить, сразу видны результаты труда. Поэтому я поступила в институт легкой промышленности на факультет конструирования. Уже тогда я увлекалась шитьем, ходила на курсы, так что учиться было интересно. После окончания института еще долгое время шила, у меня была своя клиентура, домашняя мастерская, я реализовывала свои творческие идеи, и мне не надоедало этим заниматься. Все изменила программа «Волшебное зеркало» на телеканале «TET», которую вела Алла Чуря. Я строчила на машинке, делала примерки, закалывала булавки, а сама пожирала эту информацию. Мне казалось, что это какая-то магия, волшебство. Очень хотелось попробовать. Естественно, первыми подопытными стали мои друзья. Скажу сразу - начала я смело. Стричь, брить, красить, разрисовывать - ничего не боялась. Потом я начала усиленно искать возможность познакомиться с Аллой Чурей, чтобы подробнее вникнуть в этот процесс. Я нашла курсы косметологов, где два урока по макияжу проводила Алла Чуря и записалась на них только ради того, чтобы познакомиться с ней. Мне кажется, у нас появилась взаимная симпатия. Алла Архиповна сказала, что у меня есть способности и предложила профессионально заняться макияжем. Я забросила шитье, около года у нее занималась и полгода ассистировала. Потом меня пригласили на канал «КТМ» (сейчас «К1», «К2») работать гримером, и я получила официальный статус визажиста-гримера.

- Первая звезда, которая попала к вам в руки?
- На телеканале шло ток-шоу, которое вела Марина Левченко. К ней приходили невероятно интересные люди, знаменитости. Я не помню, кто был первым, но это было очень здорово для человека, который только начинает вступать в профессию. Кстати, именно там я познакомилась с Кузьмой из группы «Скрябин».

- У каждого визажиста есть свой фирменный стиль, почерк, который его отличает. Ваши фирменные приемы?
- Тяжело характеризовать свою работу. Поэтому сейчас, наверное, буду отвечать словами клиентов, моделей, людей, с которыми работаю. Обычно все они просят сделать мой фирменный глаз - smoky eyes с кошачьим разрезом. Я считаю, что такой глаз идет всем, просто нужно правильно его сделать. А еще часто говорят о моих «носиках». Здесь нужно отдать должное Алле Архиповне, которая больше гример, чем визажист. Ведь между этими двумя профессиями есть существенное отличие: визажист просто красит, а гример работает над недостатками, которые можно исправить при помощи легкой незаметной коррекции. Делать из носика с горбинкой маленький курносый меня научила Алла Архиповна. Наверное, мои клиенты имеют в виду именно это.

- Какой стиль в макияже вы предпочитаете - рок, диско, 40-е, 50-е?
- Мне нравится возможность развернуться. Недавно мы с Димой Перетрутовым снимали клип группы «Камон». Мне очень нравится с ними работать, в том, что касается образов, они совершенно сумасшедшие. «Мы хотим невероятные безумные макияжи», - говорят девушки. Для меня это просто бальзам на душу - аконец-то есть возможность экспериментировать с цветами, формами - буквально побеситься! Такое позволяют делать немногие и, к сожалению, редко—даже на съемочных площадках. Хотя, какой бы безумной ни была идея макияжа, я все равно стараюсь сделать человека красивым. Это мое творческое кредо.

- То есть вдохновение вы находите в каждом конкретном человеке, а не в абстрактных вещах?
- Человека, который любит жизнь, может вдохновлять любая мелочь. Я анализирую свои поступки и замечаю, что, приступая к работе, начинаю любить человека, с которым работаю. Я люблю эту кожу, люблю эти глаза, лицо. В данную минуту оно мне дано, и у меня есть возможность сделать его красивее. Я не знаю, вдохновение ли это.

- Когда вы видите женщин на улице, вы оцениваете их с профессиональной точки зрения?
- Я их мысленно крашу, корректирую брови, стригу, наряжаю - это происходит непроизвольно, на подсознательном уровне. Иногда стоишь где-то в очереди, оглядываешься и думаешь: «Боже, какая бы она была красивая, если бы поменять ей макияж». А иногда встречаются женщины, на которых приятно смотреть - с безумно красивыми глазами. И так красиво накрашенными! Есть люди, которым это удается интуитивно. В таких случаях я не молчу и каждый раз говорю: «У вас очень красивые глаза, и вы очень красиво краситесь». Во-первых, человеку приятно, а во-вторых, молчать об этом просто невозможно.

- Если говорить о работах профессиональных визажистов - мировых, отечественных, - чьи работы вам нравятся?
- Я живу по принципу - не сотвори себе кумира. Мне нравятся те или иные работы, те или иные образы. Грешна, не знаю, кто работает с Мадонной, но я преклоняюсь перед его работой. Потому что Мадонна -это человек, который никогда не бывает перекрашен или недокрашен. Все просто идеально.

- На Западе существует такое понятие, как личный стилист. Вы бы согласились на такую работу?
- Подобные предложения были—от политиков, людей шоу-бизнеса, но я принципиально отказываюсь. Потому что я человек творческий и, поверьте, работаю не ради заработка. Просто так сложилось в моей жизни, что за дело, которым я занимаюсь с удовольствием и радостью, я получаю деньги. Это, наверное, невероятное счастье. Статус или зарабатывание денег для меня не главное. Важнее получать удовольствие от того, что я делаю. А красить одного и того же человека, приходить к нему каждое утро - это скучно. В подобной работе не услышишь фразы «сделайте безумный макияж». Для любого творческого человека это уже рамки. А рамки - это уже не творчество.

- В «Шансе» вы несколько раз выступали в качестве стилиста. Не хотели бы уйти в эту сферу?
- Профессия стилиста - это безумно интересно и близко мне по духу. В конце концов, я этому училась. Но на это просто нет времени. Ведь заниматься стилем означает целыми днями ходить по магазинам, выискивая интересные вещи, аксессуары... Я думаю, что красить у меня получается лучше и востребована я больше как визажист. Хотя на некоторых съемках выпадает работать и с тем, и с другим. Недавно меня пригласили в качестве стилиста для рекламной кампании сумок. Я не могла бегать по магазинам и искать все необходимое сама, поэтому нарисовала эскизы, рассказала, что мне нужно, и попросила своих коллег, которые занимаются только этим, подобрать мне одежду непосредственно под образ. По-другому пока не получается. У меня есть несколько личных проектов, на мой взгляд, очень удачных, которыми я горжусь. Но нельзя успеть все. Я очень увлеченный человек. Меня интересует режиссура - я бы хотела снимать видео, меня интересуют фотоработы - я бы хотела заниматься фотографией, мне очень многое интересно. Но, к сожалению, всего не охватить — в сутках слишком мало времени.

ДОСЬЕ

Марина Борщевская, визажист
• Проект «Танцы со звездами»
• Программа «Веселые песни о главном»
• Участие в съемке для юбилейного номера журнала Playboy в Лос-Анджелесе
• Рекламные кампании