Ничто так не радует косметолога, как улыбка клиента, видящего свое отражение в зеркале после успешной процедуры. Но как нелегко бывает убедить клиента в необходимости проведения процедур! Укрепить доверие клиента очень помогают аппаратные методики с так называемым монолатеральным дизайном процедуры, которые позволяют продемонстрировать эффективность воздействия путем визуального сравнения симметричных участков тела, один из которых обработан, а другой — нет (например, когда процедуру проводят на одной половине лица, а другая половина остается нетронутой). Подобное действие оказывают такие широко распространенные аппаратные методы, как микротоковый лифтинг и космеханика. Недавно к ним добавилась еще одна процедура, получившая название «кислородная мезотерапия»

мезотерапия без игл кислородная

К вопросу о названии кислородная мезотерапия

Кислородная мезотерапия — относительно новая методика в косметологии. Ее также называют «мезотерапией без игл». Несмотря на привлекательное звучание, словосочетание «кислородная мезотерапия» не лишено противоречий.

Прежде всего, стоит разобраться, насколько уместно в данном случае использовать слово «мезотерапия». Ведь мезотерапия — инъекционный способ внутрикожного введения веществ, которые не способны самостоятельно преодолеть роговой слой. Вещества попадают в глубокие слои кожи через прокол, который делает игла, и доставляются непосредственно в места-мишени. В отличие от традиционного мезотерапевтического введения препарата, «кислородная мезотерапия» заключается в точечном воздействии на кожу высокоскоростной струей чистого кислорода («кислородная игла»). В отличие от обычной иглы, протыкающей кожу, струя кислорода не нарушает целостности рогового слоя, а значит, проблема направленной доставки веществ если и решается, то принципиально отличным от инъекционного способа путем. В связи с этим мезотерапевтическим данный метод назвать можно весьма условно.

Другое ключевое слово — «кислородный» — отражает, очевидно, то, что в качестве подаваемого под сильным напором газа используется молекулярный кислород. Здесь вспоминается еще одно распространенное в косметологии словосочетание — «кислородная терапия», под которым, как правило, понимают воздействие на кожу с целью повышения в ней уровня кислорода (гипероксигенация кожи).

Вопрос о том, насколько целесообразно повышать в коже уровень кислорода выше естественного, мы поднимем далее. А пока признаем, что полной ясности того, что же происходит с кожей на молекулярном и клеточном уровнях после воздействия «кислородной иглы», нет. В рекламных материалах и популярных статьях, пропагандирующих данный метод, можно встретить самые разнообразные вы­сказывания, которые еще больше запутывают специалиста. Приходится признать, что подавляющее большинство подобных материалов носит спекулятивный характер и основано на неграмотных переводах рекламных слоганов и инструкций. Такие фразы, как «введение мезотерапевтических коктейлей в глубинные слои дермы посредством давления в 2 атмосферы чистого кислорода» или «предоставляет клеткам оптимальный режим концентрацией чистого кислорода», навсегда сохранятся в юмористических анналах косметологии.

Подобные высказывания не могут не настораживать вдумчивых специалистов, которые стремятся разобраться в методе прежде, чем брать его на вооружение. К сожалению, до настоящего времени систематических исследований действия «кислородной мезотерапии» не проводили, поэтому какой-либо статистики нет. Существует лишь положительный опыт косметологов, использующих этот метод в течение определенного времени.

Данная статья отражает наше понимание проблемы «кислородной мезотерапии», которое сложилось при чтении научной литературы, анализе собственных наблюдений и обобщении практического опыта наших коллег.

 мезотерапией без игл

Факты и гипотезы о мезотерапии без игл

Кислород и проницаемость кожи

Роговой слой не является преградой для молекул кислорода, которые свободно проходят сквозь него. Скорость пассивной диффузии кислорода через роговой слой пропорциональна концентрации кислорода в воздухе (в среднем содержание кислорода в атмосфере составляет порядка 20 %) и направлена в ту сторону, где кислорода меньше (то есть снаружи внутрь).

Экспериментально было замечено, что обработка кожи «кислородной струей» повышает проницаемость рогового слоя. Это наблюдение послужило основанием использовать данный метод для облегчения проникновения в кожу некоторых веществ (в том числе ряда компонентов косметических препаратов). Прямых данных, проясняющих механизм этого явления, пока недостаточно. И все же мы можем выдвинуть несколько предположений, которые, хотя и не имеют экспериментального подтверждения на сегодняшний день, не противоречат известным научным фактам.

Целенаправленный поиск современных научных публикаций, посвященных вопросам проницаемости кожи для газов и газообмену в коже, показал, что подобных работ на самом деле не так много. А в косметической прессе за­служивающие доверия материалы вообще не встречаются. В ряде «косметических» статей и выступлений нам попадались рассуждения на тему того, что молекулярный кислород якобы является трансдермальным переносчиком, другими словами, способен «тянуть» за собой другие вещества через роговой слой. Это не более чем красивая картинка, которая рисуется в маркетинговых целях и рассчитана на тех, кто далек от химии и биологии. Трансдермальным переносчиком называют вещество (или структуру), которое каким-либо образом связывает переносимое соединение и образует с ним временный комплекс. Комплекс «носитель-вещество», преодолев роговой слой и достигнув нижележащие слои эпидермиса, распадается на составные части. Силы, стабилизирующие комплекс «носитель-вещество», могут быть разные — это ионные взаимодействия, адсорбция (вещество адсорбируется на поверхности носителя) или абсорбция (вещество проникает внутрь пористого носителя), заключение вещества в капсульную оболочку (например, в роли носителя выступают липосомы, внутри которых — переносимое соединение). Ни под один из вышеперечисленных вариантов трансдермального носителя молекула кислорода не подходит, в том числе она не образует ионных взаимодействий с другими веществами. Поэтому рассматривать кислород в качестве истинного трансдермального носителя некорректно, и объяснение повышению проницаемости барьера под действием «кислородной иглы» следует искать иное.

Что же касается изменения проницаемости рогового слоя в месте «укола», то одной из причин этого могут быть локальные изменения в структуре рогового слоя в результате физического воздействия (тонкая газовая струя с высоким напором). Если на коже имеется повреждение и роговой слой на данном участке частично дезорганизован, то результативность воздействия с помощью подобной струи повышается многократно — хотя бы потому, что на данном участке происходит еще большее разрушение рогового слоя. Напротив, в случае нормального барьера обработка кислородной струей вряд ли нарушит его целостность (скорость потока сопоставима со скоростью ветра, пусть даже сильного, но на то нам и дана кожа, чтобы противостоять подобным воздействиям!). В бреши, образовавшиеся в результате этого разрушения, устремляются вещества, нанесенные на кожу в составе косметического средства, в том числе и те, у которых нет шанса прорваться через неповрежденный барьер. Поскольку струя тонкая и одновременно очень сильная, то образование брешей происходит локально без повреждения соседних участков кожи.

Теоретически изменение проницаемости рогового слоя под действием тонкой и сильной струи чистого кислорода помимо физического разрушения может происходить и в результате повышенного окисления липидов. Экспериментально было показано, что изменение вязкости липидных пластов рогового слоя в результате окисления приводит к нарушению их целостности и образованию пор, что также является причиной снижения барьерных свойств рогового слоя и повышения его проницаемости [1]. Поскольку окислительному стрессу кожа подвергается точечно и на ограниченном участке, то дефекты быстро восстанавливаются. Более того, локальный стресс служит дополнительным стимулом для пробуждения восстановительных сил кожи и запускает метаболические процессы (на которые требуется энергия в форме АТФ, а значит, происходит активация клеточного дыхания).

Следует также учесть, что из-за ограничения диффузии распределение кислорода в эпидермисе неравномерно и снижается по направлению вглубь. Соответственно, базальные кератиноциты и клетки гранулярного слоя находятся в разных «кислородных» условиях, а это значит, что если поставить цель повысить уровень кислорода вблизи базальной мембраны, необходимо затратить больше времени и — что также важно — создать гипероксигенацию сразу на обширном участке. Подобные рассуждения (пока только теоретические) приводят к мысли, что кислородная маска, одновременно закрывающая большую площадь, возможно, окажется эффективнее инъектора, работающего локально.

Редокс-статус и кислородная терапия кожи

Мембрана, окружающая клетку, и липидный барьер рогового слоя — структуры, близкие по строению и составу (в их основе — классический липидный бислой, построенный полярными липидами). Отличие заключается в том, что клетка окружена одной мембраной, а липидный барьер состоит из нескольких мембран, расположенных параллельно друг другу. Однако многослойность липидного барьера не мешает кислороду свободно проходить через него — так же, как он свободно проходит через однослойную клеточную мембрану.

Практически 5-кратное увеличение парциального давления кислорода вблизи поверхности кожи, которое создает «кислородная игла», приводит к повышению его концентрации в эпидермисе, особенно в верхних слоях. И если для мертвых корнеоцитов подобные изменения в окружающей среде могут остаться незамеченными, то для живых клеток эпидермиса это может оказаться довольно существенным.

Увеличение концентрации кислорода в межклеточном пространстве эпидермиса приводит к повышению его концентрации внутри живых клеток и сказывается на балансе окислительно-восстановительных процессов (т.е. на редокс-потенциале) (см. Наша справка «Редокс-потенциал водной среды»). Клеточный ответ на сдвиг редокс-потенциала сложен и многогранен [2] и во многом зависит от типа клеток (рис. 1). Не исключено также, что поверхност­ная адсорбция кислорода у поверхности мембраны повлияет на двойной электрический слой и мембранный потенциал. Это вызовет изменение проницаемости мембраны для заряженных частиц и сильно поляризованных соединений, что, в свою очередь, скажется на функционировании клетки. Наиболее чувствительными к изменению редокс-потенциала являются нейроны головного мозга. Кератиноциты, напротив, относятся к наиболее редокс-устойчивым клеткам. И это вполне объяснимо, ведь кератиноциты живут в пограничных условиях, в которых доступ кислорода из воздуха практически не ограничен. Чтобы эффективно противостоять угрозе постоянного окисления, кожа должна обладать мощной системой защиты. Защита клеток от разрушающего действия окислителей происходит на разных уровнях и с участием многих соединений и ферментных систем. В качестве иллюстрации приводим защитные механизмы клеточной мембраны (рис. 2). Регуляция редокс-статуса клетки происходит и на уровне генетического аппарата — этот аспект жизнедеятельности клеток сегодня изучается очень активно, хотя «белых пятен» еще много (см. Наша справка «Генная сеть редокс-регуляции»).

Предположим, что нам все-таки удалось повысить концентрацию молекулярного кислорода в эпидермисе на более-менее длительное время. И это даже повлияло на скорость протекания в нем окислительно-восстановительных реакций. Тогда сразу возникает вопрос, какие именно реакции запускаются и к чему это может привести. Действительно, как можно оценить степень готовности клетки (ткани) к «приему» дополнительной порции окислителя, коим является кислород? Нужно ли ставить кожу в условия окислительного стресса или в качестве стимулирующего воздействия выбрать что-то иное? Где та грань, за которой антиоксидантная система кожи становится бессильной, и окислительные процессы вырываются из-под ее контроля? И наконец, как избежать возможных побочных реакций и «поймать» положительный эффект, который вызовет сдвиг редокс-потенциала в эпидермисе?

Чтобы ответить на все эти вопросы (и многие другие, которые неизбежно появятся по мере изучения), необходимо провести большое число самых разных экспериментов. О некоторых исследованиях рассказывалось в статье Е. Эрнандес «Кислород и кожа: может ли кожа дышать?», опубликованной в журнале «Косметика и медицина» № 1/2005. В частности, были представлены несколько неожиданные на первый взгляд выводы, к которым пришла группа немецких ученых под руководством Stcker, изучавших распределение кислорода в коже [3 , 4]:

• Клетки эпидермиса и верхних слоев дермы получают кислород непосредственно из воздуха, а не с кровью, как все остальные органы.

• Содержание кислорода в межклеточном пространстве эпидермиса не зависит от возраста человека и во много раз превышает минимальную концентрацию, необходимую для поддержания жизнедеятельности клеток.

• Имеется возрастное снижение потребления кислорода клетками, что вполне объяснимо — с возрастом скорость обменных и энергетических процессов в клетках снижается, соответственно, падает и потребление кислорода.

Эти данные позволяют иначе взглянуть на проблему кислородной терапии кожи и поставить перед ней иную задачу — а именно, стимулировать клеточное дыхание и увеличивать потребление имеющегося в достатке кислорода, но не «закачкой» дополнительного кислорода (поскольку последствия сдвига внутри- и межклеточного редокс-потенциала кожи пока недостаточно изучены), а иными способами.

Быстрые эффекты.

bfasnaf01_b.jpg

В любом случае эффекты, связанные с гипероксигенацией кожи и изменением ее проницаемости, проявляются не сразу после процедуры, а спустя некоторое время (имеются в виду эффекты, связанные с изменением метаболического и энергетического статуса клеток). Клиенты же и специалисты отмечают быстрые изменения, заметные невооруженным глазом, на участках, подвергшихся «кислородной мезотерапии». Прежде всего, это лифтинг и изменение цвета — кожа как бы оживает и подтягивается.

Вполне вероятно, что подобный эффект связан с рефлекторным сокращением мышц в ответ на прессорное воздействие, которое оказывает на кожу струя газа. Подобную процедуру можно было бы назвать аэромассажем или оксимассажем (по аналогии с гидромассажем), подчеркивая тем самым способ воздействия — струя газа (кислорода).

По сути, это бесконтактный массаж, который улучшает кровообращение, стимулирует обмен веществ, улучшает трофику ткани. В итоге повышается тонус кожи, разглаживается микрорельеф, меняется цвет.

Массаж кислородными струями имеет свои плюсы и минусы. Среди плюсов назовем такие, как бесконтактность, безболезненность и атравматичность (что особенно актуально в тех случаях, когда прикосновение к коже нежелательно — например, после хирургических операций или травм). Кроме того, возможна «тонкая» обработка участка кожи, иначе говоря, точечное воздействие, что невозможно в случае с гидромассажем или обычным массажем (здесь напрашивается аналогия с иглотерапией или акупрессурой — воздействие на определенные точки организма с целью запуска рефлекторного ответа).

Среди минусов — дополнительное высушивание кожи под действием воздушного потока. Однако эта проблема легко решается использованием косметических средств с окклюзионными свойствами, предотвращающих испарение воды из кожи.

Косметика для «кислородной мезотерапии»

Агрессивное воздействие окружающей среды на эпидермис известно — открытые участки кожи подвергаются солнечной инсоляции и действию пыли, закрытые — трению об одежду. А это значит, что даже у внешне здоровой и целой кожи есть микроповреждения. Поэтому использование кислородной струи в качестве фактора, повышающего локальную проницаемость кожи, вполне оправдано и представляется весьма интересным.

Специалисты говорят о значительном усилении абсорб­ции низкомолекулярных косметических средств, вводимых посредством «кислородной мезотерапии». Известно также, что этот эффект сильно зависит от выбора косметических препаратов. Процедуры по-прежнему проводят курсом, но необходимые результаты достигаются значительно быстрее и сохраняются в 2–3 раза дольше, чем при классической технике.

Как правило, первая же процедура дает замечательные результаты, особенно показательна тестовая процедура, проведенная на одной стороне лица, — эффект, который можно увидеть в зеркале, несомненен. Большим преимуществом является и то, что «кислородная мезотерапия» практически не имеет ограничений по фототипу кожи, сезонности и возрасту пациента.

Вещества, которые проводят подобным образом сквозь барьер, могут быть самые разные — в зависимости от проблемы, которая решается. Это липиды и соединения белковой природы, которые используются клетками в качестве строительного материала, вещества, непосредственно стимулирующие клеточное дыхание и выработку АТФ (например, карнитин), иммуномодуляторы, восстанавливающие кожный иммунитет и гасящие воспаление, и проч.

Косметические препараты, вводимые в кожу при помощи «кислородной иглы», должны быть:

гипоаллергенными (чтобы не спровоцировать воспалительной реакции);

низкомолекулярными (что ускорит их прохождение через роговой слоя);

обладать антиоксидантной активностью (это необходимо в связи с высокой митохондриальной активностью кератиноцитов поврежденного эпидермиса и для предотвращения окисления липидов рогового слоя).

Необходимо также сочетание удобства формы препарата (предпочтительны жидкие концентраты и сыворотки) и его химической стабильности (прежде всего устойчивость к окислению).

Некоторые идеи и новые возможности.

В этой публикации мы обозначили далеко не все вопросы, а в основном те, которые возникают при первом знакомстве с методом «кислородной мезотерапии». Как видим, многие из них не имеют однозначного ответа по причине отсутствия прямых экспериментальных данных.

Что было бы интересно проверить и изучить для того, чтобы лучше понимать метод и оптимизировать его использование? Вот некоторые идеи возможных экспериментов:

• Оценить степень окисления липидов рогового слоя под действием кислородной струи и установить связь (если, конечно, она есть) между параметрами обработки (продолжительность, напор струи), степенью окисления и изменением проницаемости рогового слоя.

• Сравнить действие на кожу разных газов, при этом параметры газовой струи оставлять неизменными, а менять только состав (чистый кислород, озон, воздух, углекислый газ). Это позволит нам понять, насколько весом вклад окислительного стресса, запускаемого кислородом, в изменении проницаемости липидного барьера. Если особой разницы между действием различных газов нет, то, скорее всего, главной причиной изменения проницаемости будет дезорганизация поверх­ностных слоев рогового слоя под действием сильной аэроструи.

• Роль косметических средств могут прояснить следующие простые эксперименты с последующей визуальной оценкой (подобные эксперименты может провести любой специалист):

– Нанести тестируемое косметическое средство только на одну сторону лица. Обработать кислородными потоками обе стороны лица и провести двойную визуальную оценку результата: 1) какие изменения произошли на каждой стороне после обработки и 2) сравнить стороны между собой после обработки. Подобное двойное сравнение позволит понять, чем определяется изменение — только лишь нанесением косметики или все-таки благодаря последующей обработке кислородным потоком.

– Обработать одну половину лица кислородным потоком, а другую — нет. При этом не использовать косметическое средство. Меняется ли внешний вид после обработки? Если да, то как? Например, появление признаков сухости объясняется эффектом ветра, а вот лифтинг и повышение тонуса, скорее всего, связано с рефлекторными механизмами.

Размышления о возможных точках применения метода наводят на мысль попробовать его в комплексной терапии акне, в которой, как известно, не последнюю роль играют анаэробные бактерии P. acnes. Чтобы облегчить диффузию кислорода в сальные железы, перед процедурой можно провести легкий пилинг и/или чистку. Возможно, эффект от процедуры станет заметен или усилится при сочетании метода с определенными местными препаратами (например, бактерицидного действия). Не исключено, что подобные эксперименты уже где-то ведутся, но их результаты пока не обнародованы (по крайней мере, нам они не попадались).

Можно совмещать «кислородную мезотерапию» с любыми методиками, изменяющими проницаемость эпидермиса, например, с микродермабразией или различными видами пилинга. Ведь интенсификация клеточного дыхания и энергетического обмена особенно необходима коже в период активного восстановления.

Что касается использования метода с целью ускорения заживления обширных повреждений кожи, то здесь можно ожидать как положительного, так и отрицательного результата. Не исключено, что эффект будет зависеть от степени повреждения рогового слоя. В ряде экспериментов было обнаружено, что при небольшом повреждении гипер­оксигенация способствует гиперплазии эпидермиса in vivo. Напротив, в случае обширного повреждения и открытой раны (когда кожа лишена основного барьера, и базальные кератиноциты оказываются в непосредственном контакте с атмосферным воздухом) лучше создать условия с пониженным содержанием кислорода, приблизив данный показатель к его физиологическому значению (т. е. содержанию кислорода на уровне базальной мембраны в неповрежденной коже). Для этой цели удобно использовать полупроницаемые окклюзионные покрытия, которые, как выясняется, служат не только дополнительной физической защитой, но и помогают создать подходящий микроклимат для клеток на поврежденном участке.

Подтверждение того, что процесс заживления находится под контролем редокс-потенциала, представлено в работе [5]. Правда, в качестве окислителя в ней была использования перекись водорода Н2О2, которая в коже разлагается ферментом каталазой до воды и молекулярного кислорода. В невысоких концентрациях Н2О2 способствует заживлению раны, стимулируя развитие капилляров в месте повреждения. Высокие концентрации Н2О2 действуют противоположным образом. Тремя годами ранее [6 , 7] эти же исследователи показали, что Н2О2 присутствует в ране в микромолярных концентрациях и стимулирует синтез кератиноцитами васкулярного эндотелиального фактора роста (VEGF) — сигнальной молекулы, регулирующей процесс ангиогенеза [8]. Не исключено, что молекулярный кислород влияет на заживление подобным образом, хотя точных данных пока нет. (В этом ключе было бы интересно сравнить действие другого окислителя, который давно используется в косметологической и медицинской практике, — озона. Но о нем в рамках этой публикации мы говорить не будем. — Прим. авторов.)

В процессе работы над этой статьей нам попались данные о том, что синий свет (380–500 нм) индуцирует сдвиг редокс-потенциала в клетках [9]. Культуры клеток разных типов (моноциты, кератиноциты и опухолевые клетки линии OSC2) облучали синим светом в течение 10 с и 2 мин (5 и 60 Дж/см2, соответственно). В качестве параметров для оценки эффективности воздействия были использованы следующие: число живых клеток в культуре, белковый профиль клеток, активность митохондриальной сукцинатдегидрогеназы, общее количество активных форм кислорода (АФК) и апоптоз (гибель клеток в результате активации программы самоликвидации). Данные параметры сравнивали у облученных и необлученных (контрольных) клеток. Синий свет вызывал выброс АФК, которые повреждали клетки. Реакция клеток на действие света была разной: наиболее устойчивыми к действию синего света оказались кератиноциты, наименее устойчивыми — опухолевые клетки (индекс апоптоза у этих клеток был самым высоким). Не исключено, что можно получить интересные результаты, сочетая фотолечение светом определенной длины волны с гипероксигенацией. А вдруг такая комбинация окажется эффективной при лечении или профилактике злокачественных новообразований кожи? Или угревой болезни? Пока это лишь фантазии, но история показывает, что иногда самые невероятные вещи становятся реальными…

Заключение… или только начало?

Как видим, поле для экспериментов обширное, тем более что рациональное зерно в методе явно имеется. Тем интересней дальнейшая работа в этом направлении — как для клиницистов, ищущих все новые варианты применения метода и оттачивающих уже имеющиеся протоколы проведения процедур, так и для биологов, работающих над фундаментальным обоснованием.

Но даже уже накопленный практический опыт использования «кислородной мезотерапии» обнадеживает. С одной стороны, метод лишен неприятных побочных эффектов инъекционных методик, с другой — повышает эффективность классического косметического ухода.

И можно не возвращаться к вопросу терминологии и даже снять кавычки, в которые на протяжении всей статьи было взято название метода, оставив его в том виде, в котором оно уже активно используется, — кислородная мезотерапия. В конце концов, не столь важно, что это уже прижившееся название в большей степени построено на ассоциациях, а не на реальном сходстве с мезотерапевтическим способом введения препаратов. Главное, чтобы специалист понимал, что он делает, а клиент получал за свои деньги гарантированный результат.

Литература

1. Elias P.M. Stratum corneum defensive functions: an integrated view. J Invest Dermatol 2005; 125(2): 183-200.

2. Toescu E.C. Hypoxia sensing and pathways of cytosolic Ca2+ increases. Cell Calcium 2004; 36(3-4): 187-19.

3. Stьcker M., Struk A., Altmeyer P., Herde M., Baumgartl H., Lubbers D.W. The cutaneous uptake of atmospheric oxygen contributes significantly to the oxygen supply of human dermis and epidermis. J Physiol 2002; 538(Pt 3): 985-94.

4. Stьcker M., Struk P.A., Hoffmann K., Schulze L., Rochling A., Lubbers D.W. The transepidermal oxygen flux from the environment is in balance with the capillary oxygen supply. J Invest Dermatol 2000; 114(3): 533-40.

5. Roy S., Khanna S., Nallu K., Hunt T.K., Sen C.K. Dermal wound healing is subject to redox control. Mol Ther 2005 Aug 25; [Epub ahead of print]

6. Sen C.K., Khanna S., Gordillo G., Bagchi D., Bagchi M., Roy S. Oxygen, oxidants, and antioxidants in wound healing: an emerging paradigm. Ann N Y Acad Sci 2002 May;957:239-49.

7. Sen C.K., Khanna S., Babior B.M., Hunt T.K., Ellison E.C., Roy S. Oxidant-induced vascular endothelial growth factor expression in human keratinocytes and cutaneous wound healing. J Biol Chem 2002; 277(36): 33284-90. Epub 2002 Jun 14.

8. Patel V., Chivukala I., Roy S., Khanna S., He G., Ojha N., Mehrotra A., Dias L.M., Hunt T.K., Sen C.K. Oxygen: from the benefits of inducing VEGF expression to managing the risk of hyperbaric stress. Antioxid Redox Signal 2005; 7(9-10): 1377-87.

9. Lewis J.B., Wataha J.C., Messer R.L., Caughman G.B., Yamamoto T., Hsu S.D. Blue light differentially alters cellular redox properties. J Biomed Mater Res B Appl Biomater 2005; 72(2): 223-9.





Загрузить еще